Клинический случай успешной динамики лечения онкологии в Юсуповской Больнице
Представляем клинический случай эффективного применения неоадъювантной терапии у пациентки с агрессивным вариантом рака молочной железы. История демонстрирует, как комплексная оценка характеристик опухоли позволяет выстроить оптимальную тактику лечения и добиться выраженного терапевтического эффекта уже на дооперационном этапе.
Пациентка своевременно обратилась за медицинской помощью после самостоятельного выявления новообразования. При первичном осмотре в левой молочной железе была обнаружена опухоль около 2 см в диаметре — с чёткими контурами, не спаянная с окружающими тканями. Лимфатические узлы (подмышечные, подключичные, шейные) при пальпации не вызывали подозрений на метастатическое поражение. Для верификации диагноза в день консультации под УЗ‑навигацией и местной анестезией выполнили кор‑биопсию, материал направили на гистологическое и иммуногистохимическое исследования.
Результаты обследований выявили ряд прогностически неблагоприятных факторов. Гистология подтвердила наличие инвазивного рака высокой степени злокачественности (G3), а также признаки периневральной и лимфососудистой инвазии — это повышает риск раннего метастазирования. Иммуногистохимический анализ показал отсутствие рецепторов к эстрогенам и крайне высокий уровень маркера пролиферации Ki‑67 (95 %), что характерно для биологически агрессивного, близкого к тройному негативному, подтипа опухоли. При этом КТ с контрастированием не выявила отдалённых метастазов, а размер новообразования по данным визуализации составил порядка 23–27 мм. Таким образом, стадия заболевания была определена как T2N0M0 (IIA) — относительно ранняя, но требующая интенсивного подхода из‑за агрессивности опухоли.
Несмотря на раннюю стадию, наличие множественных неблагоприятных прогностических факторов послужило основанием для выбора неоадъювантной (предоперационной) химиотерапии. Её цели — подавить возможные микрометастазы и максимально уменьшить объём первичного очага, что упрощает хирургическое вмешательство, снижает риск неполного удаления опухоли и улучшает косметический результат. Терапию проводили по схеме АС в дозоуплотнённом режиме (каждые две недели), который повышает шансы на достижение полного патоморфологического ответа — то есть полного исчезновения опухолевых клеток, что напрямую связано с улучшением долгосрочных прогнозов.
Лечение оказалось достаточно токсичным: пациентка столкнулась с рядом побочных эффектов — стоматитом, эзофагитом, диареей, снижением уровня лейкоцитов (требовавшим специальной коррекции), а также выраженной слабостью. Тем не менее она отказалась от перехода на менее интенсивный режим, проявив высокую приверженность терапии. Уже спустя две недели после первого курса было отмечено явное уменьшение опухоли. Для сохранения ориентира на случай, если новообразование станет непальпируемым, под контролем УЗИ в очаг установили рентген‑контрастную метку.
После четырёх курсов химиотерапии опухоль перестала определяться — этот факт подтвердили при повторной КТ. На снимках визуализировалась только ранее установленная метка: до лечения в зоне метки располагался опухолевый узел, после — патологический очаг отсутствовал. Наглядное сравнение изображений до и после терапии демонстрирует выраженный регресс новообразования всего за два месяца.
На следующем этапе пациентке запланировано 12 еженедельных введений паклитаксела, после чего будет выполнена кожесберегающая мастэктомия с реконструкцией при помощи импланта и симметризирующей операцией на второй молочной железе. С учётом достигнутого клинического эффекта прогноз оценивается как благоприятный, а вероятность полного патоморфологического ответа остаётся очень высокой. Лечение продолжается.
